От причудливого карнавала, который открылся взорам северян в музее ИЗО, — к суровому мужскому разговору о дружбе, свободе (в том числе, и слова) и непростой судьбе поэта в своём Отечестве. Как и в экспозиции «Карнавалы Венеции и Петербурга», здесь собраны более ста уникальных экспонатов — графических листов, иллюстраций, эскизов и фотографий, — но они рассказывают совсем иную, не праздничную, историю: временами довольно мрачную — порой от неё мурашки бегут по спине. Открытие этой выставки было не столь людным, как венецианской, но невероятно содержательным.

Экспозиция открылась в каретном зале музея освоения Арктики. И хозяева, и гости отметили знаменательность этого обстоятельства, памятуя, наверное, о «Большом Каретном». Да и в кирпичных стенах этого пространства с решётчатыми стенами выставка смотрелась очень органично.

— Когда я только пришла работать в этот музей, я узнала, что здесь некогда действительно был каретный сарай, — рассказала заведующая музеем Ксения Мацегора. — А поскольку я сама, как и многие, выросла на песнях Высоцкого, то услышав это название, я сразу подумала, как прекрасно было бы представить творчество Владимира Семёновича в этих стенах. И сегодня эта мечта сбылась. Я благодарю сотрудников центра Михаила Шемякина, которые день и ночь трудились над созданием этой выставки.

Ксения Мацегора приветствует гостей.Ксения Мацегора приветствует гостей.

Архангельск стал всего третьим российским городом, где выставочный проект демонстрируется после премьеры. Художественный центр Михаила Шемякина презентовал её в Санкт-Петербурге 25 января прошлого года — в день, когда Высоцкому исполнилось бы 80 лет. А после выставка отправилась на гастроли в ведущую галерею современного искусства в Казани.

— Но ни в одном пространстве, даже в наших любимых стенах, она не звучала так органично, как здесь, на этом красном кирпиче, — призналась художественный директор центра Михаила Шемякина Ольга Сазонова. — Когда мы зашли в этот зал, мы ещё не знали, что он каретный, но когда увидели его архитектуру, нам показалось, что именно эта выставка сюда идеально впишется. 

Ольга Сазонова.Ольга Сазонова.

А всё началось в ноябре 2018 года, когда на Санкт-Петербургском международном культурном форуме худрук Архангельского молодёжного театра встретился с Шемякиным лично.

— Встретившись с ним, я подумал, что полный дурак буду, если как-то не привнесу его творчество в Архангельск, — рассказал Виктор Панов. — Я об этом сказал Славе Полунину, а он: «Да какие проблемы, Витенька?», — подозвал [своего исполнительного продюсера и пресс-атташе] Наташу Табачникову, а потом началась переписка, переписка, переписка… Насколько было сложно, долго! У нас законы такие, по которым жить нельзя: нам не оформляли документы, потому что в уставе театра нет, что он имеет право проводить выставки! Театр вместе с музеем проделал немыслимую работу! Первую выставку я выбрал, потому что мы — фестивальщики, а Высоцкий — это моё поколение.

Виктор Панов.Виктор Панов.

В экспозиции представлены различные произведения искусства и предметы, рассказывающие не только о близкой дружбе Шемякина с Высоцким, их синергетическом творческом диалоге, но и о третьей волне русской эмиграции, Париже 1970-х годов, жребии поэта в России и даже о том, как в советские годы карательная психиатрия становилась средством борьбы с инакомыслием.

Михаил Шемякин и Владимир Высоцкий познакомились в 1974 году и дружили шесть лет — до смерти последнего. Память об их дружбе хранят редкие фотографии поэта, снятые Шемякиным и знаменитым французским фотографом Патриком Бернаром в 1976 году, оригинальные пластинки с дарственными надписями, которые первым на профессиональном оборудовании записал художник.

Важное место в экспозиции занимает представленная в полном объеме серия фотографий и литографий «Чрево Парижа». Она не только иллюстрирует стиль «метафизического синтетизма» Михаила Шемякина, но и воссоздает атмосферу жизни низов французской столицы 1970-х, а, главное, демонстрирует, как поэт и художник творили, черпая вдохновение в творчестве и энергии друг друга.

В 1972 году, как рассказывает искусствовед Дарья Лобанова, Шемякин узнал о закрытии знаменитого мясного рынка «Чрево Парижа», описанного ещё у Эмиля Золя. В течение года Шемякин снимал мясников, таскавших на себе четырёхсоткилограммовые туши, а затем, через пять лет, создал по фотографиям серию литографий. 

Художника привлекло взаимодействие живого человека и мёртвой туши: на его листах из их соединения появились существа, вдохновлённые образами мифических персонажей — египетского Тота — бога мудрости и времени с птичьей головой, — или Орфея, разрывающего грудь и играющего на струнах своей души.

Под влиянием этой серии Высоцкий за ночь написал стихотворение «Тушеноши» — одно из сложнейших в своём наследии, — а Шемякин затем уже создал иллюстрации к нему. Кстати, в этом тексте упоминается Урка — белый бультерьер Шемякина. Его профиль можно отыскать на работе «Поцелуй голубя» из метафизической серии художника.

Добавим, что тогда, в 1970-е, Михаил Шемякин собрал в «Чреве Парижа» не только фото-, но и видеоматериал. Много лет спустя художник театра АХЕ Павел Семченко смонтировал эти редчайшие кадры в фильм, который можно посмотреть на выставке. Кроме того, в видеотеке экспозиции — впервые экспонирующийся в России уникальный фильм о Высоцком, благодаря которому Михаил Шемякин познакомился со своей второй женой Сарой де Кей. Она пришла к нему в мастерскую брать интервью. И задержалась — на 30 лет.

Далее, от «Чрева Парижа», логика выставки движется к другим ценным экспонатам, расширяющим её контекст — страницам альманаха творчества третьей волны эмиграции «Аполлон-77», который Михаил Шемякин составил и издал в Париже.

— «Аполлон» — один из величайших проектов Шемякина, — подчеркнула Ольга Сазонова. — На деньги от продажи серии «Чрево Парижа» он не снимает просторную студию, не расплачивается с долгами, которые накопил, пока пытался устроить свою жизнь в Париже, а издаёт невероятный толстенный четырёхсотстраничный фолиант, посвященный ленинградскому и московскому андеграунду. Многих из тех художников, поэтов и писателей мы сегодня знаем хорошо, а многие до сих пор сохранились в истории только благодаря этой книге.

Уголок эмиграции третьей волны дополнен фотографиями обитателей Русского Парижа 1970-х годов и друзей Шемякина из личной коллекции художника — Александра Галича, Андрея Синявского, Юрия Любимова, Булата Окуджавы, знаменитых цыган Владимира Полякова и Алеши Дмитриевича.

Представлены на выставке и предметы, напоминающие, пожалуй, об одном из самых легендарных результатов творческого диалога Шемякина с Высоцким — создании памятника Петру I в Петропавловской крепости. Идею для него художнику и скульптору предложил бард: вскочил на табурет, водрузил на голову прижизненную маску императора, сделанную Растрелли, и заявил: «Только так!». 

Сильнейшее впечатление на зрителя производят порой жёсткие, жуткие, полные боли иллюстрации Михаила Шемякина к стихам Высоцкого. Причём эскизы некоторых позволяют судить о том, как они создавались. Особенно страшен «Гербарий», лирический герой которого, как в песне, «к доске пришпилен шпилечкой», на нём видны лозунги: «Сделаем из каждой личности личинку!». 

Иллюстрации к стихотворениям цикла «История болезни» заставляют цепенеть от ужаса. Взгляд приковывает обнажённая фигура поэта: его руки связаны, но в них перо, он кричит во всю глотку. А сверху указаны симптомы болезни: «Поэт», «Предельная честность», «Бескомпромиссность». 

На одноимённой иллюстрации царь с ослиной головой держит указ о признании опасного инакомыслящего Чаадаева сумасшедшим. Представляется, что Высоцкий отразил в стихах болезненный опыт своего друга, дважды проходившего принудительное лечение в психиатрической лечебнице, а сам Шемякин затем нашёл жуткое визуальное воплощение песням, вдохновлённым его же страданиями.

Всего Михаил Шемякин создал 42 иллюстрации к песням Высоцкого — по числу прожитых поэтом лет. Одна из самых печальных — к невышедшей песне «Как зайдёшь в бистро-столовку». Её рукопись Шемякин нашёл у себя в мастерской уже после смерти близкого друга, и горечь этой потери буквально накрывает того, кто остановится у этого листа.

Выставка будет работать в музее художественного освоения Арктики до 15 сентября, и на ней планируют проводить разные акции. 21 июня в музейном дворике перформанс «Рёбра в рёбра» представят хореограф Владимир Варнава, музыкант Владимир Волков и художник Павел Семченко. 

Также Виктор Панов пообещал сыграть фрагменты из спектакля «Наш Высоцкий» в пространстве выставки, а, может быть, и пригласить на закрытие самого Михаила Шемякина.